0 комментариев

Виктор Вексельберг: «Развитие инноваций – это жесткое требование сегодняшнего дня»

Сколково – «город будущего», «российская кремниевая долина» – все чаще привлекает к себе общественное внимание. Строительство комплекса, в котором планируется сосредоточить работу над новейшими отечественными научными разработками в сфере энергоэффективности, IT, телекоммуникаций, биомедицинских и ядерных технологий, будет начато уже в 2011 году.

"Новая Генерация" - корпоративный журнал КЭС-Холдинга, 2010г. http://www.ies-holding.com

Мария Рыбакова

 

Сколково – «город будущего», «российская кремниевая долина» – все чаще привлекает к себе общественное внимание. Строительство комплекса, в котором планируется сосредоточить работу над новейшими отечественными научными разработками в сфере энергоэффективности, IT, телекоммуникаций, биомедицинских и ядерных технологий, будет начато уже в 2011 году.

О перспективах русского «наукограда», о его целях и задачах нашему изданию рассказал председатель совета директоров ГК «Ренова» Виктор Вексельберг, который в марте этого года возглавил проект по созданию Инновационного центра «Сколково».

 

- Виктор Феликсович, научный центр в Сколково – действительно настолько уникальный проект, как о нем принято говорить в последнее время?

– Да, и в первую очередь потому, что наша главная задача состоит не только в том, чтобы быстро построить здания для научных центров и лабораторий, жилые дома, прочую инфраструктуру. В первую очередь надо сделать так, чтобы в городе появилась особая среда, которая будет способна обеспечить необходимые условия для создания инновационных проектов, запуска старт-апов, поиска высокотехнологичных решений. Смысл проекта – именно в этом. Создание такой среды – наша особая философия. Мы хотим создать такие условия, при которых сюда захотели бы приехать лучшие ученые мира.

 

– Что для этого необходимо сделать?

– В первую очередь понять, что им будет интересно и какие условия их привлекут. Для этого мы проводим ряд международных опросов. И из ответов респондентов становится понятнее, каким именно должен быть наш технополис, какие вопросы нам предстоит решить. Ответы есть самые разные. Например: «Мы хотим приехать в Россию, но ваш визовый режим – это катастрофа». И чтобы привлечь иностранных ученых и высококлассных специалистов, мы сделаем для них особый режим: вы знаете, что недавно принят Федеральный закон, упрощающий приезд в Россию «ценных кадров». Фонд «Сколково» в свою очередь заключил соглашение с ФМС, обеспечивающее максимально удобный порядок приезда и оформления на работу наших будущих резидентов. Или: «У нас дети, и мы боимся отдавать их в обычную российскую школу». В ответ на это опасение мы продумываем вопрос создания частных школ в Сколково. И так далее.

 

– Каким Вы видите наукоград после завершения строительства?

– Максимально приспособленным для комфортной жизни и продуктивной работы. В Сколково будет создан новый технологический университет. Там будут офисные здания, бизнес-инкубаторы и десятки или, надеюсь, сотни малых предприятий, занимающихся инновациями. Там будет техническая лабораторная база, причем, коллективного пользования – ведь одной небольшой компании будет трудно приобрести дорогостоящее лабораторное оборудование. Также будут жилые дома для населения иннограда и весь комплекс социально-культурных объектов: школы, детские сады, больницы. Там точно должен быть свой театр, там должны быть свои спортивные учреждения, там должна быть совсем другая атмосфера, наполненная радостью общения и творчества.

 

– То есть философия «Сколково», по сути, во многом напоминает знаменитую концепцию офиса Google, где сотрудникам созданы максимально комфортные бытовые условия?

– Да. Мы хотим, чтобы бытовые трудности не мешали творческому процессу. При желании из города можно будет легко выбраться в Москву. Электрички все рядом – и смоленского, и киевского направления. В скором времени будут также построены важные автомобильные развязки: на Минское, Боровское шоссе и МКАД. Да и аэропорты Внуково и Шереметьево недалеко.

 

– И когда, по Вашим прогнозам, инноград сможет принять первых жителей?

– Примерно через три с половиной года. А реально физическая инфраструктура Сколково начнет полноценно работать через 5–7 лет.

 

– Видно, что Вы искренне верите в успех. Почему? Ведь в России уже существует много наукоградов, но ни один из них так и не стал второй «кремниевой долиной»…

– Если мы хотим строить Россию будущего, для этого надо поверить в Россию сегодняшнюю. Курс на инновационное развитие – это не очередная политическая кампания, а жесткое требование сегодняшнего дня и экономической ситуации в России. Очевидно, что потребность в изменении всей нашей экономики уже назрела. И «Сколково» – это лишь первый проект, в идеале их должно быть больше.

 

– «Сколково» позиционируется как международный проект. Вы планируете активно привлекать иностранных ученых. Неужели в России мало талантливых ученых, и без иностранцев нам не обойтись?

– Еще раз подчеркну: главная наша задача – создать среду для реализации российского потенциала. В чем-то мы это умеем делать, а в чем-то – нет. И поэтому для его успешного развития нам нужен иностранный опыт. Причем опыт не какого-то конкретного проекта, а опыт организации всего процесса создания подобной площадки. Как привлечь венчурный капитал, как оказать поддержку старт-апам, как обеспечить маркетинг и связь науки с бизнесом. Для этого нужны иностранные специалисты. Наша задача опросить их, заинтересовать, привлечь к проекту. Конечно, российский опыт в различных областях также будет использоваться: в энергоэффективности, новых технологиях и т.п.

 

– КЭС-Холдинг имеет большой опыт в области энергоэффективности. Будет ли он применяться в «Сколково»?

– Конечно, КЭС как одна из главных частных структур в энергетике будет партнером сколковского проекта. В каком виде и как – пока говорить преждевременно. У КЭС-Холдинга большие наработки в этой сфере, есть свой институт энергоэффективности, опыт по реализации проекта «Энергоэффективный город». Все это нам очень пригодится. Я занимаюсь инновациями давно и серьезно. Около пяти лет назад Группа компаний «Ренова» приняла стратегию, которая определила приоритеты ее развития. Уже тогда мы видели, что надо присутствовать в высокотехнологичных отраслях. Поэтому было принято решение приобрести контрольные пакеты акций в двух крупнейших швейцарских компаниях – машиностроительной Sulzer AG и компании, работающей в сфере хай-тек, – ОС Oerlikon. В Италии и ряде стран Южной Европы также успешно работает компания Avelar Energy, контролируемая «Реновой». Она специализируется на традиционных и возобновляемых видах энергии, в том числе занимается производством и установкой солнечных панелей.

 

– Как Вы считаете, поможет ли проект «Сколково» остановить «утечку мозгов» из России и вернуть тех соотечественников, кто уже уехал за рубеж в поисках лучшей жизни и возможности продолжать научную работу?

– Уверен, что так оно и будет.

 

– Президентская комиссия по модернизации и технологическому развитию экономики России сформировала попечительский совет фонда «Сколково» и его «правление» – Совет фонда, в который вошли 14 руководителей крупнейших компаний мира. Как Вам удалось заинтересовать и привлечь для участия в совете фонда столько людей с мировым именем?

– Еще до того, как я пришел в проект, была проделана очень большая работа. Уже обсуждались имена некоторых кандидатов в Совет, начинали прорабатываться контакты. В проекте активно участвовал первый заместитель руководителя Администрации Президента РФ Владислав Сурков, его коллеги по Администрации Президента РФ, представители правительства. Так, сопредседателя Совета Крейга Баррета пригласил помощник Президента РФ Аркадий Дворкович. Я позвал в проект Мартена Буига (прим. ред. – Bouygues – крупнейшая девелоперская компания Франции, компания Bouygues Telecom – ведущий французский оператор мобильной связи) и Ратана Тату (прим. ред. – глава индийской корпорации Tata Sons с капитализацией более 120 млрд долларов). Руководителей Siemens Петера Лешера и Cisco Джона Чемберса, главу совета директоров Google Эрика Шмидта, бывшего премьера Финляндии Эско Ахо, представляющего в Совете Nokia, мы приглашали совместными усилиями. В итоге Совет оказался очень сильным, в том числе и с российской стороны. Важно то, что в него вошел глава РОСНАНО Анатолий Чубайс – его контакты нам очень помогают. Удалось включить в состав Совета фонда и представителей ведущих российских компаний. Это и Владимир Рашевский из «СУЭК», и глава «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов – люди, которые занимаются серьезным инвестированием в инновационные проекты. Это и ректор МГТУ им. Баумана Анатолий Александров. Это Александр Галицкий – человек, который в рамках своего бизнеса уже сделал многие вещи, которые точно будут востребованы в общем проекте. И, конечно, руководитель Курчатовского института Михаил Ковальчук.

 

– В продолжение темы привлечения людей расскажите, пожалуйста, как Вы мотивируете сотрудников?

– В бизнесе мотивация – очень важный элемент, и лично я уделяю ему большое внимание. На мой взгляд, важно, чтобы каждый сотрудник был удовлетворен, имел условия для нормальной работы и нормальной жизни. Если человек чувствует удовлетворение, если ему хочется приходить на работу, то я свою роль выполнил – я его замотивировал.

 

– Вы рассказали о Вашей ответственности перед сотрудниками. А какие у Вас существуют обязательства перед инвесторами проекта «Сколково»?

– «Сколково» – это не бизнес-проект в обычном понимании. Это не прямые инвестиции, у которых есть срок окупаемости, возвратность на вложенный капитал. Инноград строится для того, чтобы создать площадку для развития российских инноваций. Если через какое-то время резиденты «Сколково» начнут регистрировать патенты, продавать изобретения и получать роялти – это и будет результатом. Венчурный капитал работает с рисками. Его идеология состоит в том, что он готов к ошибкам, к тому, что определенная часть проектов будет неэффективна или просто убыточна. У нас в России, к сожалению, пока нет такой культуры. Многие институты развития даже не предполагают, что в процессе работы над проектом можно в какой-то момент взять и сказать: «Извините, но не получилось». Вот, к примеру, РОСНАНО построено так, что все его инвестиции однозначно привязаны к конечному положительному результату. И если ты его не обеспечил, то иди и отчитывайся перед Генпрокуратурой, Счетной палатой и прочими структурами и объясняй, куда дел государственные деньги. Поэтому «право на ошибку» должно изначально присутствовать в качестве философии реализации свободного научного и технического поиска. Без этого никак не обойтись.

0 комментариев
Отправить
обсуждения
Еще более 300 других идей вы можете посмотреть здесь – Кайдзен и рацпредложения: примеры из жизни (с... Как «Уралэлектромедь» увеличила выпуск медной катанки на 15 %
От редакции портала - если тема повышения эргономики рабочих мест вам интересна, пишите в комментари... Практические советы по улучшению эргономики рабочего места от Schneider Electric
Просто детский сад на Камазе! Ллойд Добинс (о менеджменте): Но одна часть программы Деминга вряд ... Контроль качества: технологии личной ответственности на «КАМАЗе»
Узнайте больше Альманах “Управление производством” 300+ мощных кейсов, готовых к использованию чек-листов и других полезных материалов
Альманах “Управление производством”